Икона, реализуемая в пространстве

Мы обсуждаем, каким быть церковному искусству, как развить старые стили, рафинировать из старых новые. Так, как сказал один куратор и священник по отделу искусств: “Нам нужно такое новое, как старое. А старое – как новое. Но в современных материалах”.

Мы не заметили, что вагон остался, а поезд уходит. И всё думаем, куда ехать дальше, стоя на станции “Конец XIX века”.

Сегодня живопись ушла с холста в пространство. Архитектура сливается с ландшафтом: морем, землёй, лесом, небом. Искусство наносить краски сменяется искусством пользоваться вместо краски светом, деревьями, волнами, воздухом. Сегодня то, что рисовали как мёртвую картинку, становится мастерством создания живого пространства. Это эпохальный сдвиг в искусстве. Мы учимся как демиурги проектировать мир живьём.

И эти новые инструменты несомненно могут быть использованы для свидетельства о Боге, как проповедь. Ведь проповедь – это личное свидетельство о Боге тому народу, который рядом, на языке этого на народа.

Мы уже перешли границу смерти старого искусства. Через 5000 лет наши иконы будут затейливым артефактом первобытных народов. Старое искусство УЖЕ умерло. А мы спорим, какой музейный образец будет лучше

Живопись уже вышла из холста и пробует себя в пространстве. Человек приближается к пространственному моделированию. В его руках уже оказались леса, луга, озёра, море – это искусство ландшафта. Оно на порядок сложнее архитектуры.

Несколько лет назад скромно вышла в свет очень важная стратегическая наработка, предваряющая искусство будущего: «Пространственные иконы». При первом прочтении в ней нет ничего интересного. Просто насыпаны факты и примеры попыток задействовать пространство в интересах церковного искусства. В ней нет каких-то впечатляющих выводов, перспектив, связи с современностью. И на первый взгляд – это книга дотошного профессора, выбравшего профессорскую тему.

Это не так.

Лидов гениально предощутил новый стратегический формат иконы. Икона, реализуемая в пространстве. Это новый язык, новая логика, новый способ отсыла к первообразу. Эта книга заслуживает тщательнейшего изучения, как заслуживает внимания фундамент в глазах архитектора.

Мы обязательно перейдем к пространственным иконам. Потому что и богословие, и искусство ведём не мы, а Бог. Мы или кто-то другой это сделает. Будем тянуть корабль назад – только надорвёмся.

А пока пожелаем всем благочестивым архитекторам Божиего вдохновения, избегать формул красоты, совершенствования себя в профессии, умения слышать Бога и уметь идти туда, куда ведёт благодать. Например, пожелать Землякову, Макарову и Людоговскому сделать тот шаг, на который нам не хватило времени, возраста, молодости или “удачи”.

Нам нужно понять главное: Церковь никто не спасет, кроме Бога. И новые иконы создаст тот, кто живёт в Боге, а не тот, кто рафинирует древние стили икон.

А это организовать нельзя. И нельзя это вывести в пробирке конференции по искусству. Конференции – это способ определить вектор, проанализировать и дать трамплин гению. Дать инструмент опыта. Дать язык, для того, чтобы на древе церковного искусства гений мог привить новую ветвь.

Мы забываем, что главный архитектор мира – это Христос. И всё вдохновение от Духа Святого.

Имеешь возможность жить, говорить и сверять свою работу со словом Духа – ты тот, кто скажет новое слово в христианском искусстве. Нет? Ты – просто хороший человек и хороший ремесленник. Бог любит и таких. Всё нормально. Это тоже спасительно.

И что делать? Остаётся ждать того, кто сможет поднять харизму гения.

Тут анализ или упор не поможет. Это Архимеда было предложение – дайте мне рычаг, и я переверну Землю. Это у коммунистов надо было сначала изменить мир. А у христиан всё гораздо скромнее, и так величественно – измени себя, художник.

Кажется, это так мало? Так вот, только голыми руками апостол Пётр взял Рим. Это совсем не мало. 

Константин Камышанов

обложка: Архызский Лик Христа

источник